Как построить бесконечный лабиринт из подвала: Секреты съемок «Запределья» A24

Студия A24 решила проблему, которая казалась неразрешимой: как снять физическое пространство, которое по определению не имеет границ и конца, и при этом не потратить бюджет всей планеты. Для фильма «Запределье» (Backrooms) потребовалось не просто построить декорации, а создать ощущение бесконечности, которое пугало зрителей в оригинальных короткометражках на YouTube. Производственный дизайнер Дэнни Верметт столкнулся с задачей, которую сам называет «редкой головоломкой». Ему нужно было перевести эстетику скучных, бежевых офисных подвалов, созданных 20-летним режиссером Кейном Парсонсом, в формат полнометражного фильма с голливудскими звездами вроде Чиветеля Эджиофора.

Первый звонок прозвенел, когда Парсонс прислал Верметту 3D-модель своего видения «Запределья». Файл был настолько огромным, что просто «убил» рабочий компьютер дизайнера. Это сразу задало тон: проект не прощает компромиссов. Вместо того чтобы полагаться исключительно на компьютерную графику, создатели решили строить «максимально практичные» декорации. На четырех съемочных площадках в Торонто, которые выдавали себя за Калифорнию, возник лабиринт идентичных, унылых комнат. Логика пространства была построена так, чтобы у зрителя и актеров не возникало ощущения, что они видят край декорации. Ключевой находкой стало использование «клиппинга» — дефекта из видеоигр, когда объекты проходят сквозь текстуры и геометрию. В фильме это превратилось в гигантские нагромождения мебели: кресла и диваны, словно прошитые насквозь, торчали из стен и потолков, создавая сюрреалистичный хаос.

Сюжет фильма вращается вокруг менеджера мебельного магазина «Османская империя», который находит проход в стене своего подвала. По ту сторону — бесконечная анфилада серых, влажных помещений, каждое из которых является искаженной копией реального мира. Это не просто хоррор о заброшенных зданиях, а визуальная метафора депрессии и рутины. Верхний мир показан через стерильный кабинет психотерапевта и унылый магазин, а нижний — это буквальная материализация внутреннего состояния героя. Интересно, что атмосфера страха на площадке была мнимой: Верметт признался, что приводил на съемки своих детей девяти и шести лет, и те с радостью бегали по крутым пандусам лабиринта, превратив жуткие декорации в игровую площадку. Это лишний раз доказывает, что кошмар в кино — результат точного расчета освещения, цвета и угла камеры, а не реальной опасности пространства.