Интерьер для Олсен и Лорд: как дизайнер из Кентукки построил империю на ретро-модерне и парижских блошиных рынках

Пляжный дом в Амагансетте, построенный в 1972 году архитектором Альфредом Шеффером, пережил полную реконструкцию, но сохранил главное — 16-футовые сводчатые потолки и стены из окон. Дизайнер Майкл Барго, которого наняли владельцы, любящие принимать гостей, получил задание сделать интерьер расслабленным и пляжным, но с характером. Результат — смесь, которую сам автор называет «фанковой». В гостиной соседствуют винтажное кресло Паоло Буффа, канареечно-желтый диван на заказ, черная абстрактная картина Фрэнка Окады и белый тканевый светильник от Silvio Coppola для Artemide. Главный парадокс в том, что Барго известен как консерватор — он когда-то представил Марку Ронсону 19 оттенков белого для стен таунхауса. Но здесь он сознательно нарушил собственные правила, чтобы пространство не выглядело слишком серьезным, как его городские проекты.

Ключевой ресурс Барго — парижские блошиные рынки, откуда он привез 90% винтажных предметов. У него есть квартира в Первом округе Парижа, что позволяет регулярно охотиться за мебелью середины века, особенно французской. Некоторые находки были местными — например, гигантские чугунные подсолнухи, украшающие камин, которые дизайнер выбрал за их драматичный масштаб. Интересно, что Барго не держится за вещи: его бизнес-модель построена по принципу «дом-шоурум». Он продает предметы из собственного пространства в Финансовом квартале Нью-Йорка, если на них находится покупатель, и сразу ищет новые. Это создает постоянный поток и позволяет клиентам обновлять интерьеры без ощущения застоя. Такой подход, видимо, и удерживает лояльность таких требовательных заказчиков, как сестры Олсен, которые уже восемь лет доверяют Барго оформление шоурумов The Row под каждую новую коллекцию.

Биография дизайнера — отдельный урок того, как отсутствие формального диплома не помешало карьере. Барго переехал в Нью-Йорк в 2002 году, поступил в Школу интерьерного дизайна, но бросил через два года и устроился визуальным мерчандайзером в Prada. Там его заметил знаменитый дизайнер Томас О’Брайен, который случайно зашел за рождественскими подарками. Барго проявил наглость и представился, в результате через неделю получил работу ассистента и проработал в фирме почти четыре года, прежде чем открыть собственное дело. «Я был достаточно глуп и достаточно умен — терять было нечего», — вспоминает он. Это прямолинейность и готовность рисковать, вероятно, и сформировали его стиль: Барго не боится выглядеть «странным» и сочетать несочетаемое, но делает это с такой уверенностью, что результат кажется единственно возможным. Наблюдение: в мире, где тренды меняются каждые полгода, ставка на подлинный винтаж и долгосрочные отношения с клиентами выглядит едва ли не более надежной стратегией, чем следование модным палитрам.